DagTech Глобальные проекты Гамида Халидова
 
russian english
Проекты
Автор

 

Настоящее время, №10, 20.03.2009

Беседовал Ханжан Курбанов

Гамид Халидов: "Не бояться говорить правду"

Ему говорили, что он опережает время на 20—30 лет. Кто-то в комплиментарном тоне, а кто-то, чтобы надолго охладить пыл молодого ученого. Говоря молодого, я все-таки, отчасти, лукавлю. Мы беседуем с Гамидом ХАЛИДОВЫМ 13 марта, накануне его 60-летнего юбилея.

Молодой ученый — это потому, что в 50 лет впервые пришел в науку, почувствовав непреодолимое желание успеть реализовать в делах и на бумаге рождающиеся в голове идеи и мысли. Выбор такого неординарного поворота в судьбе в уже немолодом возрасте, как показало время и покоренные научные вершины, оказался верным.

За полтора-два года разработать и выдвинуть свою гипотезу о природе гравитации, строении материи и Вселенной. Сделать 101 изобретение — в судостроении (54), авиации (21), компьютерных и информационных технологиях (10) и на их основе предложить 11 проектов глобального масштаба.

Самые известные, принесшие ему, дагестанцу, мусульманину мировую известность — это изобретение новых морских и речных судов — транспортных тримаранов; разработка технологии добычи и транспортировки полярных льдов — проект «Живая вода»; система безопасности в воздухе — АПАКС; оптическая клавиатура «Хамелеон»; проект всемирной системы сверхскоростной конфиденциальной пересылки почтовых писем «Почтофон».

Участие за последние годы в десятках международных, российских, республиканских форумах и выставках, научно-практических конференциях, «круглых столах», более двухсот публикаций в российских и республиканских средствах массовой информации, десятки передач центральных и республиканских каналов телевидения свидетельствуют о востребованности разработок Халидова.

Его научные и технические проекты — одни из самых популярных в сетях интернета. Тысячи и тысячи страниц ссылок на сотнях сайтах. А поисковая система Яндекс на запрос «Халидов Гамид» дает возможность просмотреть видеоролик телевидения «Северный Кавказ» о работе системы «Почтофон».

В сфере его разнообразных интересов приоритетное место занимают проблемы экономики и оптимизации процессов школьного образования.

Его активное участие в идущей в республике дискуссии по разработке «Стратегии развития республики до 2020 года» выразилось статьями и проведением «круглых столов» ведущих экономистов и изобретателей республики в «Дагестанской правде». Предложения Халидова по созданию в Дагестане судостроительной базы российского транспортного тримараностроения, как практически единственного по масштабу и новизне проекта, способного подтянуть экономику Дагестана к 2020 году до среднероссийского уровня и дать инновационный импульс развития экономике России, получают в республике все большую поддержку.

Он убежденный сторонник углубленного изучения родной истории, культуры, языка, основ религии и раздельно-параллельного обучения в школе по методу профессора Базарного. Дети из школы должны выходить патриотами своей малой и большой родины, с твердо усвоенными нравственными и духовными ценностями.

Себя этот скромный, но выдающийся российский изобретатель предпочитает называть просто — инженер Халидов. Проспект с его проектами, который попал-таки в руки Путина, так и назывался «Глобальные проекты инженера Халидова». Человек, которому рукоплескали ученые на I Всемирном конгрессе инженеров в Ганновере, в Дагестанском научном центре занимает скромную должность советника председателя ДНЦ РАН. Диссертаций он не защищал, хотя одно-два запатентованных изобретения позволяют претендовать на звание доктора технических наук. А наличие свыше ста изобретений в более чем десяти направлениях науки и техники, смело позволяет поставить нашего земляка в один ряд с именитыми академиками и докторами технических наук.

За плечами годы работы в самых разных сферах — правоохранительная система, комсомол, промышленность, правительство Дагестана, наука. И где бы он не работал, его организационно-аналитический склад ума проявлялся в постоянном стремлении что-то улучшить и усовершенствовать, будь это разработка системы поиска автотранспорта, скрывшегося с места наезда на человека (МВД), или предложения по повышению эффективности профилактики детской преступности (ВЛКСМ), создание методики ценообразования на новую промышленную продукцию машиностроения (Махачкалинский завод сепараторов) или разработка проектов развития своей большой и малой родины для ее экономического и технологического прорыва и роста престижа в мире (ДНЦ РАН).

До сих пор его коллеги и друзья удивляются, почему он не уехал за границу. Но ни из Дагестана, ни из России он не уехал. Остался и упорно работает над разработкой и продвижением своих проектов.

Каждому изобретению можно было бы посвятить целый газетный разворот. Но наша задача не в этом. Хочется понять, на какой станции тормозится продвижение локомотива под названием «Проекты Халидова» и что мешает их реализации? Доедет ли он все-таки до пункта назначения?

- Гамид Юсупович, понятно, что не только российские деятели, среди которых и вице-премьер Иванов, и вице-президент РАН Лаверов, но и дагестанские экономисты и организации заинтересовались вашими проектами. Среди них и члены рабочей группы Экономического совета при президенте республики, заявления которых довольно оптимистично звучат, в частности о том, что другого такого масштабного проекта, как тримараны, для поднятия экономики и имиджа Дагестана, нет. Как обстоят дела в настоящее время?

- Особых поводов для оптимизма нет. К сожалению, все идет медленно. Хотя после нашей аналитической записки «Транспортные тримараны: перспективы развития», написанной в 2006 году и отправленной в адрес Российской академии наук, председателю Морской коллегии министру обороны Иванову, президенту Путину, в России, вроде, что-то завертелось.

- А в Дагестане…

- По приглашению Экономического совета на его заседании 27 июня 2008 года при довольно представительном форуме министров и ученых я доложил о моих взглядах на перспективы использования транспортных тримаранов в МТК «Север-Юг» и создание базы Российского транспортного тримараностроения в Дагестане. Тогда было принято решение создать рабочую группу, которой решением Совета было поручено подготовить предложения. Но подготовка вопроса надолго затянулась, и заслушивание результатов ее работы планируется на конец марта. Надеюсь, что Экономический совет будет рекомендовать этот проект для включения в Стратегию развития Дагестана до 2020 года и просить руководство республики предпринять необходимые шаги для создания в Махачкале судостроительного холдинга «Юг», аналогичного уже созданным в стране «Восток» (Владивосток), «Запад» (Санкт—Петербург) и «Север» (Мурманск). К сожалению, наше правительство два года назад на просьбу правительства России дать свои предложения по данному вопросу никаких предложений тогда не последовало.

- Увы. Поэтому сами эксперты рабочей группы Экономического совета констатируют плачевное состояние сознания нашего чиновничества…

- Совместно с экспертами рабочей группы при Экономическом совете мы действительно пришли к выводу, что другого подобного проекта Дагестан пока предложить не может. Реализация такого масштабного проекта выгодна и России, и Дагестану. Стране политически престижно и экономически выгодно иметь через свою территорию один из крупнейших международных транспортных коридоров, где перевозка миллионов тонн транзитных грузов осуществляется суперсовременными судами — скоростными тримаранами. Для нашей республики строительство российской базы транспортного тримараностроения обернется стабильным финансированием, тысячами и тысячами новых высокооплачиваемых рабочих мест, ростом налогооблагаемой базы, что обязательно положительно повлияет на укрепление политической стабильности в республике.

- Прекрасно! Казалось бы, у нашей власти есть шанс реабилитироваться в глазах общественности, дагестанского народа за три, мягко говоря, не совсем позитивных года президентства, несостоявшегося «нового курса». Взять и протолкнуть на федеральный уровень проект с предложением развивать тримараностроение именно в Дагестане. Ведь об этом же говорил господин Гончаренко, президент Евразийского транспортного инновационного центра. Кстати, как нам стало известно, вы избраны вице-президентом этой организации. Я вас поздравляю. Так все же, Гамид Юсупович, в чем проблема? Почему наши власти не видят очевидное…

- Кроме того, что мы вывели этот проект на федеральный уровень, мы представляли его и на различных конференциях и советах внутри республики. Министра инвестиций и внешнеэкономических связей Дагестана господина Щепакина я, вместе с заместителем председателя ДНЦ РАН Ш-С. Абдуллаевым, также знакомил с нашими проектами.

Это министерство подает определенные надежды, но, если бы и к его названию, и к содержанию работы добавили «инновации», было бы гораздо больше пользы. Вы спросите почему? Попытаюсь ответить. Например, добились мы строительства цементного завода. Это хорошо, но так как цемента вдоволь на рынке, борьба будет идти за каждый процент роста его продаж, а значит, роста объемов производства.

Но если мы будем производить инновационный продукт, то из-за его повышенной востребованности на рынке и того, что определенное время сохранится монопольный эффект, будет возможность платить повышенные зарплаты, пойдут в бюджеты разного уровня максимально возможные доходы, появится больше возможностей в социальной политике правительства. Если же инновационный продукт будет дагестанского происхождения, то и платежи за него останутся в республике. Поэтому министерству надо сделать упор на разработку и внедрение масштабных и не очень масштабных инноваций в экономику республики.

А касательно перспектив тримараностроения в республике, уверен, что строительство и эксплуатация такого инновационного продукта, как транспортные тримараны, из-за масштабов производства, емкости внутреннего рынка и экспортного потенциала способно вытянуть за собой экономику не только Дагестана, но и России.

Возвращаясь к встрече с министром, скажу, что он был удивлен размахом и очевидными преимуществами этих проектов и идей. Прислал ознакомиться с работой системы «Почтофон» своего представителя, который после демонстрации работы аппарата коротко охарактеризовал увиденное: «просто и гениально». Но потом все пропали.

- Почему?! Что нужно, чтобы дело «пошло», где та заветная дверца, в которую нужно постучаться, кнопка, на которую надо жать?!! Мы говорим о тримаране, как наиболее приоритетном проекте, который потянет за собой другие отрасли, поднимет имидж и статус республики в глазах федерального центра, да и простых россиян. Казалось бы, все «за»: и Путин, и Иванов, и господа из академии. Почему здесь все глухо? И есть ли у вас план, как можно заострить внимание к проекту в Дагестане?

- Душа неспокойна, когда знаешь, что для страны и республики проект этот интересный, нужный, полезный. Единственное, что нужно, — это политическая воля. На международном уровне мои проекты известны с 2000 года. На I Всемирном конгрессе инженеров в Ганновере я представил видеоролик о первых транспортных тримаранах — ледовозах, и они были оценены так высоко, что были названы «кораблями третьего тысячелетия». Российские представители тогда были даже удивлены таким интересом к моим проектам зарубежных ученых. Однако на научно-техническом совете Министерства транспорта России проект ледовоза зарубили, порекомендовав мне ехать в Аравию, чтобы заинтересовать технологией обеспечения пресной водой арабов. Мне непонятна логика чиновников. Пусть Россия и не нуждается в воде, но ведь можно ледовозы строить и продавать за рубеж. Можно возить лед-воду для нуждающихся стран, а их более 50, с населением полтора миллиарда человек, а бутылка питьевой воды уже продается за 1—3 доллара.

- Действительно, оружие, самолеты продаем… Почему бы ледовозы не продавать?..

- Конечно, уровень профессионализма властных мужей того времени оставлял желать много лучшего (тогда правительство возглавлял Касьянов). Я очень был расстроен равнодушием чиновников: в российском правительстве никого не волновал престиж и развитие страны. С приходом Путина эти вопросы были подняты.

- И все же, что по тримарану?

- А то, что по истечении 30 месяцев с момента подачи заявки на получение патента по тримарану, США начали публично развивать тему транспортных тримаранов. Сегодня в Австралии, Англии и США ведется огромная работа по развитию транспортного тримараностроения.

Дело в том, что по международному патентному законодательству, если в течение этих 30 месяцев не начата национальная фаза патентования, то есть процедура получения патента в других странах, стоящая десятки тысяч долларов, любая из стран может приступить к освоению этого изобретения без ссылки на его автора. Американцы так и поступили со мной и моими тримаранами.

Транспортный тримаран — это трехкорпусное судно, он безопасен, держит качку. А для Каспия, где длина волны около 18 м, он идеален.

В 2006 году я работал над Аналитической запиской «Транспортные тримараны: перспективы развития», где должен был отразить мировой опыт развития тримараностроения. И вдруг 1 августа 2006 года по телевизору вижу выступление президента Путина, в котором он говорит, что в середине сентября должен утвердить новую концепцию развития судостроения, которую рассмотрит в начале сентября на своем заседании Морская коллегия России. Пришлось форсировать работу над запиской и отправить ее с сопроводительным письмом, подписанным председателем ДНЦ РАН Ибрагимханом Камиловым в адрес РАН, правительства России, Морской коллегии. Через представителя президента в ЮФО Дмитрия Козака аналитическая записка вместе с проспектом «Глобальные проекты инженера Халидова» попала к президенту Путину, отдыхавшему тогда в Сочи. Через три дня своими глазами вижу по телевизору, как Путин, еще находясь в Сочи, принимает Муху Гимбатовича Алиева и рекомендует ему представить столь интересные дагестанские проекты на Международном экономическом форуме «Кубань-2006».

- Но, судя по тому, что воз и ныне там, поручение Владимира Владимировича выполнено не было…

- Нет, почему же?! Через три дня после их встречи меня пригласили в Министерство экономики и сообщили, что Муху Гимбатович принял решение включить мои проекты в дагестанскую экспозицию и попросили представить материалы для подготовки рекламных проспектов. Воодушевленный таким поворотом дел, я пишу президенту письмо с предложениями, как лучше организовать презентацию дагестанских проектов. Ответа не удостоился. Меня даже не пригласили на выставку. Видимо, на тот момент у дагестанской делегации были более необходимые республике проекты.

В итоге республика потеряла три года для развития инновационной экономики в республике. Наступивший в мире финансовый кризис уже начал сказываться на доходах дагестанцев, поскольку урезаются дотации из центра. Поэтому именно в этой ситуации надо сделать решительный выбор в сторону развития инновационной экономики и сосредоточить возможные финансовые и другие ресурсы республики в этом направлении.

- Ваш проект тримаранов, являясь передовым, охватывает все четыре «И» (инновации, инвестиции, институты, инфраструктура) по концепции президента Дмитрия Медведева… Гамид Юсупович, вы как-то говорили в одной из своих публикаций, что ни наукограды, ни венчурные фонды в Дагестане так и не созданы. И тут лед не тронулся?

- К сожалению. Идея технопарков прекрасно работает в Татарстане. У нас же все растягивается на годы.

- А в чем главная загвоздка. Где сидит проблема? Или ваша персона оказалась не ко двору?

- Что моя персона оказалась не ко двору, мне давно понятно. Я, в свою очередь, тоже не в восторге от положения дел в республике. Но считаю, что если есть желающие вытащить республику из ямы, в которой она утопает, то надо объединяться.

Думаю, что главная проблема республики в правильном подборе и расстановке кадров. В их мотивации и нравственных установках. В расширении кругозора и профессионального мастерства. Современный, компетентный чиновник, занимающийся развитием региона, должен, в первую очередь, продвигать инновационные проекты.

Не могу не вспомнить, в связи с этим, Мирзабекова.

- Абдуразака Мардановича?

- Да. Его сравнивать не с кем. Его профессиональные знания, понимание техники и экономики были на высочайшем уровне. У него была потрясающая черта: если он не знал каких-то вопросов, он обязательно приглашал специалистов. Внимательно выслушивал их и только тогда принимал компетентные решения. Что бы не говорили о советском времени, но тогда была прекрасная система подготовки кадров.

- Муху Гимбатович с первых дней отмечал необходимость административной реформы, создания кадрового резерва. Однако все последующие его действия были рассогласованы с декларируемыми заявлениями: и кадровая политика пошла вразрез с обозначенной концепцией о необходимости прибегать к резерву. Вы в своих публикациях говорите о том, что наши высшие чиновники чуть что, выдвигают как страшилку дотационность Дагестана, представляя его как некий крест республики. Сколько нам еще нести этот крест? На самом ли деле все так худо?

- Если мы представляемся умными и образованными людьми, мы не можем не понимать, что уход от дотационного бюджета республики — это задача, решение которой потребует создание в республике масштабной инновационной экономики, что поднимет престиж республики в России и в мире бизнеса, лишит взяточников бюджетной кормушки, минимизирует влияние разного рода финансовых кризисов на экономику республики и благосостояние ее жителей.

Глава семьи отвечает за ее обеспечение. Руководитель завода отвечает за благополучие своего коллектива и эффективную работу своего предприятия.

И тот и другой понимают, что в долг жить постоянно нельзя, да и некрасиво.

Так почему же наша власть не должна стараться сделать все от нее зависящее, чтобы выйти из лап дотационности? Почему правительство республики не получает приемлемых результатов в работе по ее снижению?

Думаю, дело еще в том, что по старой привычке сделали перекос в сторону административных методов изыскания средств пополнения бюджета, в ущерб экономическим.

Вопрос о путях выхода республики из ДОТАЦИОННОСТИ должен стать главным вопросом, для решения которого должны объединиться интеллектуальная и политическая элиты республики. И если мы определим пути и способы ухода от дотационности, то у нас появится достойная для нашего ума и энергии задача. И, если нужно самоотверженно трудиться ради достижения этой благой цели — так давайте все вместе работать, а не использовать власть как почетную синекуру.

Есть разные проекты, которые можно реализовать в республике. В том числе проекты, рассмотренные и рекомендованные экспертами научно-технической комиссии Министерства образования и науки Дагестана. Достаточно нашему правительству подготовить на них технико-экономическое обоснование, заказав это какой-нибудь солидной фирме, и можно будет предлагать проекты на суд инвестора. Пока мы медлим, в Дагестане продолжают усугубляться хорошо всем нам известные многолетние проблемы. А при их наличии на привлечение в республику частных инвестиций рассчитывать не приходится.

- А на частные или государственные инвестиции?

- Если говорить начистоту, мы все видим, что частные инвестиции сюда не идут. А поставлена глобальная задача — до 2020 года поднять уровень жизни дагестанцев вдвое. Чтобы этого добиться, необходимы очень большие проекты, которые были бы выгодны и стране. Вот такой стратегический по масштабу и инновационный по содержанию проект, к нашему счастью, у республики есть. Это — обустройство, развитие и эксплуатация международного транспортного коридора (МТК) «Север-Юг» и создание для реализации этих задач судостроительного кластера по строительству транспортных тримаранов. Если государство станет главным акционером проекта и предложит государственные гарантии, то, уверен, никаких проблем с частными инвестициями не будет. Когда инвестору будет ясно, что на страже этого проекта стоит вся мощь государства российского, что это его политика, тогда он будет уверенно вкладывать деньги в любые проекты.

- С этой схемой более или менее ясно. А в Дагестане кто должен двигать проект? Понятно, что вы при всем желании не можете автономно действовать. А дагестанское правительство находится в состоянии некой дремы...

- Оно в курсе всех наших проектов. Нужна политическая воля. Насколько я понимаю, всю ответственность по руководству правительством взял на себя президент республики. И, если какие-то проекты проходят через министерства, они все равно попадают в администрацию президента. А там…

В апреле прошлого года группа ведущих ученых и изобретателей республики со страниц газеты «Дагестанская правда» обратилась к президенту Дагестана с конкретным посланием. До сих пор ждем ответа.

- Надежда на чудо?..

- Если только наш земляк, уважаемый Сулейман Керимов, заинтересуется и решит, что эти проекты соответствуют масштабам его персоны. Если он свои финансы использует во благо Дагестана, потомки его не забудут — он будет достоин золотого памятника на родине.

- Бизнес-план есть?

- Некоторые экономические проработки по ледовозу нами делались, что касается тримаранов — проект настолько масштабен и очевиден, что пока приступать к каким-то коммерческим обоснованиям мы не стали.

- А способен тримаран вытащить Дагестан из дотационной ямы?

- Да, и не только Дагестан, но и экономику России может вывести в развитые экономики мира. Вот, к примеру, в послевоенные годы в США президент Рузвельт уделил большое внимание автомобилестроению, увидев в его развитии мультипликационный эффект. Логика следующая: автомобили — это производство миллионов тонн металла, резины, бензина. Это круговорот финансовых потоков, тысячи рабочих рук. А судостроение еще мощнее по своему эффекту. Что касается конкурентоспособности тримаранов, то это экономичный, скоростной морской транспорт, страхование ему практически не нужно, фрахт дешевле.

Директор Махачкалинского морского торгового порта Абусупьян Хархаров заинтересовался туристической стороной эксплуатации тримаранов для совершения морских круизов по Каспию.

- Гамид Юсупович, какие дальнейшие шаги вы предпримете для продвижения этого проекта.

- Недавно интерес к тримаранам на Экономическом совете вновь возродился. На 27 марта запланировано заслушать Заключение рабочей группы. Решение Экономического совета будет передано в Администрацию президента и в правительство. Но если они не поддержат — мне уже 60 лет — я все равно не изменю своим принципам.

- Но вы же не остановитесь?

- Нет, я буду пытаться уже через правительство России его продвигать.

- Надеемся и мы с вами, Гамид Юсупович. Хотелось бы услышать ваше мнение по поводу финансово-экономического кризиса. Много говорят, много спорят. До Дагестана кризис все же дошел, как бы не убеждали нас наши чиновники, что мы на острове безмятежности в океане штормов и ненастий.

- Этот кризис — продукт финансовых спекуляций дутых рынков.

- Говорят, Маркс его предсказывал.

- Конечно, недаром его опять усиленно изучают капиталисты. У меня внутреннее чувство, что миром заправляют несколько финансистов. Мировая политика тоже определенную роль сыграла. И события в Южной Осетии стали неким спусковым крючком. Конечно, финансовый рынок был надут, но его можно было поддерживать. Но так сбросить цены на нефть со 140 до 30—40 долларов за баррель! Россия сидит на нефтяной игле — вот где проблема. Спасением может быть только развитие инновационного продукта. Только инновационный продукт — изобретения, технологии — даже в ущерб социальным программам (хотя у нас достаточно резервов и на них), нужно развивать.

Премьер или вице-премьер должны персонально отвечать за реализацию этих проектов. Должны быть во власти государственники. Мы же очень отстали от мирового опыта. У американцев, к примеру, самая развитая в мире система венчурных фондов. Там человек с какой-либо интересной идеей и чистой кредитной историей может без проблем получить кредит в банке.

В конце концов мы должны задать сами себе вопрос: каким мы хотим видеть Дагестан через 10, 20 лет?! Ясно, каким. Только готово ли наше общество побороться за это?

- Если бы это зависело от общества…

- Дагестанское общество тоже должно стать по-настоящему цивилизованным обществом. Мы же аполитичны: если что-то общественно-негативное происходит, мы же не выходим на улицы протестовать. Каждый за себя!

- Гамид Юсупович, какие еще проекты, кроме судостроения, могли бы принести пользу республике?

- Тримаран — это больше стратегический проект, и отдачу от него Дагестан получит, может быть, не сразу, но есть другие проекты, которые можно было бы оценить как оперативно-тактического уровня. К примеру, проект «Почтофон». Он позволяет в течение минуты получить отправленное из любой точки мира через интернет письмо, которое внутри аппарата без доступа человека будет распечатано, затем запечатано в конверт и выведено из аппарата для доставки адресату. В настоящее время один такой аппарат нами собран, и туда во время проведения испытаний через специально созданный почтовый интернет-сайт (www.postfon.ru) поступали письма из любой точки планеты. Мы предлагали нашему правительству: в семи городах Дагестана (Избербаш, Дербент, Хасавюрт, Кизляр, Махачкала, Дербент, Буйнакск) установить эти аппараты в отделениях связи. Полученные аппаратами письма, уже далее рассылались бы по конкретным адресам городов и отправлялись в прилегающие к ним сельские районы. За три-четыре месяца наладив работу, пригласили бы представителей федерального правительства и презентовали бы им этот проект в действии, предложив ввести его по всей России. Ведь по стране более 40 тысяч отделений связи, ежегодно рассылаются около 2 млрд писем, а это огромные расходы, т. к. при этом привлекаются авиационный, железнодорожный, автомобильный транспорт. В мире циркулирует около 480 млрд писем, из них 200 млрд в электронной Америке! Система «Почтофон» сможет пересылать 70% писем, обрабатываемых сегодня Почтой России.

На первом этапе будем только собирать почтофоны, которые состоят из нескольких составляющих, а именно, принтера, конвертовальной машины, модема. А затем будем развивать их производство в республике. Мы создали программу и специальный почтовый сайт. Практически через 2—3 месяца после начала финансирования можем начать собирать почтофоны. Предыдущее руководство Почты России не поддержало нас и, как выяснилось, по причине того, что были компаньонами международной компании «Дайшел», которая занимается экспресс-доставкой. Только с России эта компания имеет 300 млн долларов в год. За доставку письма из Москвы в Петербург они берут 300—400 рублей и доставляют его за 3—4 дня.

Второй этап — разработка отправляющего аппарата. Он будет напоминать платежные терминалы для оплаты услуг мобильной связи. Абонент подходит к терминалу, вставляет письмо для сканирования, набирает адрес, опускает положенную сумму в купюроприемник — и через минуту его письмо оказывается в почтовом отделении, обслуживающем адресата. Если письмо короткое, можно его тут же набрать и отправить. Все это будет стоить 3—4 руб. Эти аппараты мы можем и в Дагестане собирать. Да, нужно добиться одобрения Москвы. Если это произойдет, мы займемся сборкой и реализацией этих аппаратов для Почты России. Они, несомненно, будут востребованы и за рубежом. Аппараты могут быть установлены в гостиницах, больницах, железнодорожных вокзалах и аэропортах, в поездах и самолетах и т. д. Будут созданы тысячи рабочих мест. Это путь к процветанию. Но у нашей власти нет желания поддержать и этот проект.

- Вот если вы бы изобрели еще и аппарат по коррекции мышления наших властьимущих…

- У нас, в Дагестане, есть и патриоты, и люди государственномыслящие.

Что нужно сделать? На мой взгляд, нужно на законодательном уровне ввести положение о приеме на работу во властный орган только после прохождения теста IQ — интеллектуального коэффициента. Кстати, в Перми по инициативе губернатора такое уже введено.

- А не будет ли и тут человеческий фактор задействован?

- Безусловно будет. Исключить его из процесса тестирования будет посложнее, чем проведение самой процедуры. Но надо начинать.

- С чего?

- Не бояться говорить правду. Показать дагестанцам и федеральному центру, что есть и у нас люди, переживающие за малую и большую родину и делающие что-то нужное, чтобы быстрее наступили другие времена.

P. S. «Передайте Сулейману (Керимову. — «НВ»), чтобы на свой самолет поставил систему «АПАКС» — улыбнувшись на прощание, сказал Халидов. «Обязательно», — пообещал я, уверенный, что сенатору и бизнесмену это было бы интересно.

P. S.2 Редакция газеты «Настоящее время» присоединяется к многочисленным поздравлениям юбиляра Гамида Юсуповича Халидова! Желает ему здоровья, успехов и реализации его проектов! Думаем, весть о продвижении в жизнь хотя бы одного проекта были бы для него наилучшим подарком. И мы ему это искренне желаем. Удачи, инженер Халидов!


Вернуться к списку публикаций

 

     © DagTech 2002-2010. Дизайн Компания IWT.